Николай Гумилев: самый непрочитанный поэт

Николай Гумилев: самый непрочитанный поэт

В биографии славной твоей

Разве можно оставить пробелы!

Анна Ахматова

Если сравнить популярность поэтов Серебряного века 100 лет назад и сейчас, то имя Николая Степановича Гумилева вряд ли будет в числе первых, как это было при его жизни. Создатель акмеизма, вечный оппонент Александра Блока – он был и остается одним из самых ярких поэтов своего времени. К сожалению, тогдашнее правительство и вихрь времени сделали свое дело. Немногие наши современники вспомнят о нем, не говоря уже о том, чтобы прочитать на память стихотворения «Конквистадора Серебряного века». Память о человеке жива до тех пор, пока его помнят на земле. И Гумилев достоин того, чтобы жить вечно.

Семейные драмы

Да, я знаю, я вам не пара,

Я пришел из иной страны,

И мне нравится не гитара,

А дикарский напев зурны…

(Николай Гумилев. «Я и Вы»)

Жизнь Николая Гумилева навсегда связана с жизнью одной из великих поэтесс (она не любила это слово) – Анной Ахматовой. Их встреча произошла в Царскосельском лицее в 1903 году. Аня Горенко (девичья фамилия Анны) трижды отказывала влюбленному в нее Гумилеву стать его женой и на четвертый раз, спустя 7 лет, сдалась. 25 апреля 1910 года в Николаевской церкви города Киева состоялась скромная церемония объединения судеб двух гениев эпохи. Казалось бы вот оно – долгожданное счастье, но это была не их сказка. Семейная жизнь выливалась в посвящения друг другу, благодаря которым мы можем проследить их отношения. Гумилев писал:

Из логова змиева,

Из города Киева,

Я взял не жену, а колдунью.

А думал - забавницу,

Гадал - своенравницу,

Веселую птицу-певунью.

Ахматова парировала:

Он любил три вещи на свете:

За вечерней пенье, белых павлинов

И стертые карты Америки.

Не любил, когда плачут дети,

Не любил чая с малиной

И женской истерики

...А я была его женой.

Их союз длился 8 лет, за это время у них родился сын – Лев Николаевич Гумилев, известный ученый, востоковед, переводчик. В книге Ирины Одоевцевой «На берегах Невы» есть ценные воспоминания самого Гумилева об их быте:

«Даже Левушка не сблизил нас. Мы и из-за него ссорились. Вот хотя бы: Левушку – ему было четыре года – кто-то, кажется Мандельштам, научил идиотской фразе: «Мой папа поэт, а моя мама истеричка!» И Левушка однажды, когда у нас в Царском собрался Цех поэтов, вошел в гостиную и звонко прокричал: «Мой папа поэт, а моя мама истеричка!» Я рассердился, а Анна Андреевна пришла в восторг».

Несмотря на все неурядицы, их союз должен был свершиться на небесах хотя бы для того, чтобы на поэтический небосклон взошла звезда Анны Ахматовой, так как именно благодаря Гумилеву она стала известной. Увидев ее стихотворения, поэт буквально заставил ее напечататься в журнале. По воспоминаниям Гумилева, своенравие жены и ее мастерское владение метафорами однажды сыграло с ним злую шутку:

«Да, конечно, были стихи, которые я не хотел, чтобы она печатала, и довольно много. Хотя бы вот:

Муж хлестал меня узорчатым

Вдвое сложенным ремнем...

Ведь я, подумайте, из-за этих строк прослыл садистом. Про меня пустили слух, что я, надев фрак (а у меня и фрака тогда еще не было) и цилиндр (цилиндр у меня, правда, был), хлещу узорчатым вдвое сложенным ремнем не только свою жену – Ахматову, но и своих молодых поклонниц, предварительно раздев их догола.

Я не выдерживаю и хохочу, представляя себе эту нелепую картину.

Он круто останавливается.

– Смеетесь? А мне, поверьте, совсем не до смеха было. Я старался убедить ее, что таких выдумок нельзя печатать, что это неприлично – дурной вкус и дурной тон. И не следует писать все время о своих вымышленных любовных похождениях и бессердечных любовниках. Ведь читатели все принимают за правду и создают биографию поэта по его стихам. Верят стихам, а не фактам».  

(Ирина Одоевцева. «На берегах Невы»)

Однако, как писал Сергей Есенин, «большое видится на расстоянье», так случилось и с союзом Николая и Анны. Именно Ахматова стала тем человеком, который после смерти Гумилева берег его рукописи, добивался издания полного собрания стихотворений, хранил память о нем:

Что ты бродишь неприкаянный,
Что глядишь ты не дыша?
Верно, понял: крепко спаяна
На двоих одна душа.

Спустя некоторое время Гумилев женится во второй раз – на Анне Николаевне Энгельгардт. Несмотря на то что она была потомственной дворянкой, многие современники оставили о ней нелицеприятные воспоминания: «В начале зимы 1920 года Гумилев женился на А.Н. Энгельгардт, миловидной, но очень недалекой девушке, мало интересовавшейся основным делом его жизни. Он был подчеркнуто внимателен к ней, всюду водил ее с собой и боялся только ее неожиданных и действительно иногда ставящих в тупик суждений. «Ты, Аня, лучше помолчи! Когда ты молчишь, ты становишься вдвое красивее»». (Николай Гумилев. Исследования. Материалы. Библиография: Всеволод Рождественский. Н.С. Гумилев).

Вскоре у них родилась дочь Елена, но и этому браку не суждено было стать счастливым. После расстрела Гумилева жизнь жены и дочери стала несносной. По слухам (со слов соседей), их земной путь оборвался душераздирающе страшно: вся семья погибла от голода в блокадном Ленинграде, лишившись продуктовых карточек. Анна Гумилева, обессилев, несколько дней была добычей крыс и покинула мир последней.

Вся жизнь – поэзия

Что создадим мы впредь, на это власть Господня,

Но что мы создали, то с нами посегодня.

(Николай Гумилев. «Молитва Мастеров»)

Одним из самых значительных вкладов Николая Гумилева в поэзию было создание в 1912 году нового художественного течения – акмеизма. Оно провозглашало культ конкретности, материальности, точности слова. Из его школы вышло много поэтов: А. Ахматова, О. Мандельштам, Г. Иванов, И. Одоевцева и др.

Но все же были у нового течения и противники, и одним из них являлся Александр Блок. На протяжении многих лет Гумилев, как создатель акмеизма, и Блок, как главный символист, были идейными недругами. Несмотря на столь очевидное соперничество, оба поэта были большими интеллигентами и относились друг к другу с почтением: «Надо отдать справедливость Гумилеву, он высоко ценил поэтический дар Блока, говорил о нем всегда с уважением, но чувствовалось, что самое главное, внутренняя тревога, неустанное блоковское беспокойство духа были ему непонятны… А Блок относился к Гумилеву спокойно, если не сказать сдержанно. Признавал его мастером стиха, и этим, видимо, все и ограничивалось. Когда Н. С. подарил ему один из своих сборников, Блок вежливо поблагодарил его и на следующий день принес „Седое утро" с такой надписью: „Н.С. Гумилеву, стихи которого я читаю при ярком свете дня". В устах Блока это, видимо, значило, что поэзия Гумилева слишком ясна и понятна и что в ней нет… той ночной тревоги души, рвущейся к рассвету, которой так был богат его собственный мир». (Николай Гумилев. Исследования. Материалы. Библиография: Всеволод Рождественский. Н.С. Гумилев)

Удивительно, как трагически были сплетены их жизни. Литературная жизнь поэтов всегда шла параллельно, но закончилась в одной точке – в августе 1921-го с разницей в 17 дней.

Трагический август

Потом поставили к стенке

И расстреляли его.

И нет на его могиле

Ни креста, ни холма - ничего.

(Ирина Одоевцева. «Баллада о Гумилеве»)

Из воспоминаний Георгия Иванова о последнем дне Николая Гумилева перед арестом:

«Гумилев пришел домой в два часа ночи. Свой последний вечер на свободе он провел в им же основанном «Доме поэтов» в кругу преданно-влюбленной в него литературной молодежи… Говорят, что в этот вечер он был особенно весел. Несколько студистов провожали его через весь Невский до дому. У подъезда, на Мойке, стоял автомобиль. Никто не обратил на него внимания — с «нэпом» автомобиль перестал быть, как во времена военного коммунизма, одновременно диковинкой и страшилищем. У подъезда долго прощались, шутили, уславливались «на завтра». Те, кто приехал на этом автомобиле, с ордером ГПУ на обыск и арест, — терпеливо ждали за дверью».

Невероятная сила духа и мужество были одними из главных его качеств. Прекрасно понимая, чем может закончиться его дело, Гумилев, с выдержкой настоящего офицера, достойно принял свою судьбу. Закончилось все так, как и предвещал сам поэт четырьмя годами раннее в своем стихотворении «Я и Вы»:

И умру я не на постели,

При нотариусе и враче,

А в какой-нибудь дикой щели,

Утонувшей в густом плюще…

24 августа (по некоторым данным 25 августа) Николай Гумилев был расстрелян вместе с еще 60 людьми по делу Таганцева, обвинявшихся в заговоре против советской власти. Место его захоронения до сих пор неизвестно. На две недели раньше, 7 августа вследствие вопиющего равнодушия и бездействия власти от тяжелой сердечной болезни скончался Александр Александрович Блок. Трагический август 1921 года окончил эпоху Серебряного века.

Смысл силы и слабости
№3-4 Апрель 2019

Смысл силы и слабости