Юлия Высоцкая: «Главное заблуждение обо мне — то, что я очень открытый человек»

Юлия Высоцкая: «Главное заблуждение обо мне — то, что я очень открытый человек»
Внимание, если вы уже покупали эту статью, авторизуйтесь на сайте через свою запись в социальной сети или через форму авторизации.

Вы актриса театра и кино, автор кулинарных бестселлеров и ресторатор. Когда вам впервые захотелось заявить о себе в профессиональном смысле?

— Артисткой мне захотелось быть лет в пять, когда дед ставил меня на стул, я надевала мамины босоножки и пела «Сама садик я садила». Если говорить об актерской профессии, которой я училась, то первая моя профессиональная работа — картина «Пойти и не вернуться» — вышла на экраны в 1992 году на киностудии «Беларусьфильм». Ее снял режиссер Николай Князев по повести Василя Быкова. Может быть, это и не великое кино, но работать было очень интересно и до сих пор сохранилось ощущение чего-то очень чистого.

Вы родились в Новочеркасске, ваше детство и отчасти юность прошли в Ереване, Тбилиси и Баку. Какими эти годы были для вас?

— Это были прекрасные годы, когда я знакомилась со вкусами кавказской кухни, когда я открывала для себя кавказскую культуру вообще, в том числе и культуру человеческого общения. Именно тогда в меня были заложены многие принципы, по которым я живу и сейчас.

Ваша библиография насчитывает 49 книг, так или иначе связанных с едой. Когда у вас впервые появился интерес к кулинарии?

— Судя по рассказам моих ближайших родственников, интерес к кулинарии у меня проснулся, когда мне было около года, и я требовала сало и борщ, а не протертое яблоко. А если серьезно и мы говорим о кулинарии как о приготовлении еды, то с этим я тоже начала очень рано. Первые оладьи пекла маме лет в пять. Я уверена, что если у человека возникает интерес к еде, то в 98% случаев это означает, что он будет хорошо готовить.

Почему среди ваших книг нет ни одной художественной?

— Это не совсем верно. Есть художественная книга «Глянец», а еще размышления о здоровом образе жизни в книгах «Ем, бегу, живу» и «Перезагрузка», рекомендации по созданию домашнего уюта в книге «Кухня — сердце дома», заметки о путешествиях по Италии в «Поисках Тирамису», дневниковые записи в «Плюшках для Лелика»… Все это, так или иначе, можно считать художественными текстами, пусть даже это и звучит нескромно.

Что подтолкнуло вас к поступлению на актерский факультет?

— Я хотела быть артисткой. Это и подтолкнуло.

После окончания Лондонской академии вы посвятили некоторое время Белорусскому национальному театру. Сегодня вы являетесь одной из самых узнаваемых медийных персон, ваши работы в театре и кино удостоены наград престижных российских и международных фестивалей. В какой мере этот вектор справедливо назвать чередой счастливых случайностей, а в какой — результатом планомерных усилий?

uv2.jpg

— Не совсем так. Сначала была Белорусская академия искусств. Уже заканчивая ее, я начала работать в Театре имени Янки Купалы, а через год уехала в Лондон, учила язык и, овладев им в достаточной степени, поступила в Лондонскую академию музыкальных и драматических искусств (LAMBDA).

Давайте поговорим о судьбе. Верите ли вы, что все в нашей жизни предопределено, и не снимает ли это с нас ответственности за свои поступки?

— Мне довольно сложно так философски рассуждать о своей жизни. Я не фаталист, к тому же думаю, что меня двигает вперед ответственность, а не случайный выбор — мне кажется, есть определенный смысл в поговорке «Везет тому, кто везет». С другой стороны, никто ничего не знает определенно, и была ли какая-то предопределенность в моей судьбе, надеюсь, я узнаю гораздо позже.

Случалось ли так, что ваш иррациональный выбор, совершенный осознанно, но вопреки логике и рациональному смыслу, в конечном счете оказывался для вас лучшим из возможных решений? И много ли вообще в вашей жизни иррационального?

— Когда я принадлежала самой себе, когда у меня не было детей и на мне не лежала ответственность за родных и близких, иррационального действительно было много, но с появлением семьи стало значительно меньше. Хотя это не значит, что в сегодняшнем жизненном порядке нет места каким-то стихийным поступкам, просто я всегда принимаю во внимание не только личные интересы, но и интересы других людей.

Что для вас значит внутренняя свобода?

— Честно скажу — не очень хорошо понимаю, что такое свобода. Я не свободный человек. У меня очень много ограничений. Так было всегда. Наверное, свободным можно считать того, кто очень хорошо знает свои границы и в этих границах находит место для личного пространства и собственной реализации.

Вы не раз говорили о присущем вам перфекционизме. Насколько он помогает вам в жизни, а насколько эту жизнь осложняет?

— Это, безусловно, палка о двух концах. Насколько перфекционизм помогает, настолько и мешает. Со временем мне удается смотреть на многие вещи шире, и в каких-то областях я научилась жить не настолько подробно, чтобы меня это отвлекало от решения более общих и сложных задач.

В какой мере на вас влияет мнение окружающих?

— Точка зрения родных и дорогих мне людей для меня очень важна. Это не значит, что их мнение — истина в последней инстанции, это значит, что я всегда к нему прислушиваюсь. Более того, я сама всегда советуюсь с близкими, когда мне предстоит сложный выбор.

Как вы относитесь к своей популярности?

— Это часть моей работы. Я понимаю, что в чем-то преуспела, тем не менее продолжаю прикладывать усилия, чтобы моя деятельность приносила мне не только финансовые, но и энергетические и эмоциональные радости. Единственное, что меня не устраивает в моей так называемой популярности, — это то, что в шесть утра, в аэропорту, не выспавшаяся после спектаклей или гастролей, я вынуждена натягивать кепку и надевать темные очки, как это ни странно, в такую погоду в Москве!

Как вам кажется, какое главное заблуждение о вас есть у людей?

— Главное заблуждение обо мне — то, что я очень открытый человек.

Фатализм или свобода выбора?
Читать фрагмент
№1-2 Февраль 2020

Фатализм или свобода выбора?

Что такое фатализм и нужно ли верить в предопределенность своей судьбы? Или все исключительно в наших руках?
Этим вопросом задавалось не одно поколение мыслителей, но так никто и не сумел получить на него окончательного ответа.
Так какую сторону выбрать?
Верить в судьбу?
В то, что каждому человеку хоть и присуща свобода мыслей и действий, а также ответственности за их последствия, но как бы человек не старался, рано или поздно судьба его настигнет?
По правилам теории вероятностей должен быть третий вариант!
Будем разбираться в этом номере журнала "Life Искусство жить", январь-февраль 2020 г.