Достать чернил и плакать…

Достать чернил и плакать…
Внимание, если вы уже покупали эту статью, авторизуйтесь на сайте через свою запись в социальной сети или через форму авторизации.

«Гул затих. Я вышел на подмостки.
Прислонясь к дверному косяку,
Я ловлю в далеком отголоске,
Что случится на моем веку».

Б.Л. Пастернак. «Гамлет»

Борис Леонидович Пастернак родился 10 февраля 1890 года в Москве, куда его родители за год до рождения первенца переехали из Одессы. С самого раннего детства Борис Леонидович был окружен миром искусства. Его отец, Леонид Осипович Пастернак, – известный живописец, график. Он создавал книжные иллюстрации к произведениям многих писателей, в том числе и Льва Толстого. Последний очень любил Пастернака и был вхож в их дом. Также в гости к отцу приходили Исаак Левитан, Василий Поленов, Николай Ге, Сергей Иванов. Мама писателя, Розалия Исидоровна, была известной пианисткой, которая устраивала музыкальные вечера с Александром Скрябиным и Сергеем Рахманиновым. В такой творческой атмосфере было трудно удержаться, чтобы быть вне искусства. В 13 лет, после переломного события в его жизни (был на грани жизни и смерти, упав с лошади), Борис решает посвятить себя музыке. Этой части своей жизни он отведет 6 лет, успев написать сонату для фортепиано и 2 прелюдии. Вот как он опишет этот период своей жизни в автобиографической повести «Охранная грамота»: «Больше всего на свете я любил музыку, больше всех в ней - Скрябин… Музыка, прощанье с которой я только еще откладывал, уже переплеталась у меня с литературой. Глубина и прелесть Белого и Блока не могли не открыться мне».

Мир литературы откроется ему немногим позже, но пока Пастернака мучает несоответствие его личности и музыки, и он принимает судьбоносное решение: «У меня не было абсолютного слуха…Отсутствие этого свойства печалило и унижало меня, в нем я видел доказательство того, что моя музыка неугодна судьбе и небу… Музыку, любимый мир шестилетних трудов, надежд и тревог я вырвал вон из себя, как расстаются с самым драгоценным».

В 1908 году он поступит на юридический факультет Московского университета, но на следующий год по совету Скрябина переведется на историко-филологический. Философия полностью поглощает его, он продолжает изучать ее в Германии, в Марбургском университете. Параллельно учебе в Москве он несколько лет преподает в семье чаеторговца Высоцкого. Его дочь Ида была первым серьезным увлечением Бориса, и, сделав ей предложение, он получит отказ, что опишет в своем стихотворении «Магбург»:

Я вздрагивал. Я загорался и гас.
Я трясся. Я сделал сейчас предложенье, -
Но поздно, я сдрейфил, и вот мне - отказ.
Как жаль ее слез! Я святого блаженней.

Литературный талант юноши первым заметил педагог С.Н. Дурылин. Позже Пастернак напишет: «Это он переманил меня из музыки в литературу, по доброте своей сумев найти что-то достойное внимания в моих первых опытах». С этого момента начинаются его поиски себя в поэтических кружках. На одной из встреч поэтов он встретил Марину Цветаеву: «…Я инстинктивно выделил ее из присутствовавших за ее бросавшуюся в глаза простоту. В ней угадывалась родная мне готовность в любую минуту расстаться со всеми привычками и привилегиями…» Между ними завяжется переписка, продлившаяся четырнадцать лет, которая носила характер эпистолярного романа. В одном из писем Цветаева напишет: «Борис, я два года, я больше двух лет тебя люблю, — ты ведь не скажешь, что это воображение. Люблю, мне это иногда кажется пустым словом, заменим: хочу, жалею, восхищаюсь и т. д., замени, т. е. не существенно. Мне всегда хочется сказать: я тебя больше, лучше, чем люблю. Ты мне насквозь родной, такой же жутко, страшно родной, как я сама…» Именно ему Марина Ивановна в 1925 году посвятит одно из своих знаменитых стихотворений:

Рас-стояние: версты, мили…

Нас рас-ставили, рас-садили,

Чтобы тихо себя вели

По двум разным концам земли…

Спустя десятилетие переписки они встретятся в Париже. Оба так ждали этого, но, по словам самой Цветаевой, произошла «невстреча». Стало понятно, что говорить не о чем. Последним аккордом их жизни стал 1941 год, накануне эвакуации Марины Ивановны в Елабугу. По воспоминаниям Паустовского, Пастернак принес ей веревку, чтобы перевязать чемодан, и отдал ее со словами: «Все выдержит. Хоть вешайся». Впоследствии ему передали, что именно на ней 31 августа 1941 года Цветаева и повесилась. Эту шутку Пастернак не смог себе простить.

Их эпистолярный роман длиною в десятилетие сводил с ума не только Сергея Эфрона, мужа Цветаевой, но и законную жену Пастернака – художницу Евгению Лурье, которую он называл «русалкой» и «ангелом». Через год у них родится сын Женя, но брак не будет счастливым. Жена захочет посвятить себя искусству, отринув от себя мирские заботы и переложив их на плечи мужа. Два мира искусства столкнутся и разобьются о брега быта. «Когда в 1931 родители расстались, для меня это было самым большим горем в жизни» - так напишет в своих воспоминаниях их сын.


            



Эгоизм или альтруизм?
№9-10 Октябрь 2019

Эгоизм или альтруизм?

Очень часто можно услышать, что слово «эгоист» используют как негативную характеристику лич- ности: «О других не думаешь, только о себе, нельзя таким быть!»
«Эгоист — отвратительный человек, который больше думает о своих интересах, чем о моих». (Амброз Бирс. «Словарь Сатаны»)
Но что такое эгоизм на самом деле, знают не все. И чем эгоизм отличается от альтруизма? И бывает ли альтруизм без эгоизма?